Слова, которые «повисли в воздухе»
Правительство представило на суд общественности новый пакет антикризисных действий. В этом документе «основной проблемой российской экономики» называется «до сих пор очень высокая зависимость от экспорта природных ресурсов». Несмотря на все усилия государства, «ключевую роль в экономике все еще играет нефтегазовый экспорт, экспорт иного сырья, металлов».
Поэтому «в результате кризиса практически на все товары российского сырьевого экспорта снизились не только цены, но и спрос». Несколько странноватая, правда, постановка вопроса. Цены, как правило, всегда падают следом за снижением спроса. Это – причина и следствие, а не два равнозначных понятия. Ну, да – ладно. Не буду придираться к словам. Тем более, факт остается фактом – правительство признало, что главной проблемой текущего кризиса в России является неэффективность национальной экономики. Ее однобокость. Ориентированность практически исключительно на экспорт ресурсов.
Очевидно, следом за признанием сего факта как основного для российской экономики в условиях кризиса, должна была последовать какая-то конкретика в программе антикризисных мер, обозначающая основные направления ее модернизации. Ответ на этот вопрос отчасти уже содержится в семи основных приоритетах, которые наметило для себя правительство на 2009 год.
Как не трудно убедиться при рассмотрении этих семи пунктов, большинство из них (шесть из семи) напрямую никак не связаны с решением задачи модернизации и повышения эффективности экономики. Они направлены скорее на некую стабилизацию, на предотвращение «необратимых разрушительных процессов» в экономике и дальнейшее усугубление кризиса. Но не на развитие. По сути лишь один пункт – четвертый – напрямую затрагивает вопросы модернизации. То есть предполагает решение тех основных проблем, которые правительство само же и наметило.
«Кризис – не повод отказаться от долгосрочных приоритетов модернизации страны. Такая работа будет активизирована и ускорена. Главная модернизационная задача Правительства – смена сложившейся модели экономического роста. Вместо «нефтяного» роста мы должны перейти к инновационному. Будут поддержаны важнейшие инновационные процессы, включая повышение энергоэффективности экономики. Инвестиции в человеческий капитал – образование и здравоохранение – будут ключевым приоритетом бюджетных расходов. Запланированные инфраструктурные объекты, необходимые для повышения эффективности экономики, также должны быть построены, но за меньшие средства».
Как нетрудно убедиться, сама формулировка этого пункта носит оттенок некоторой... несерьезности что ли. В других пунктах везде звучат слова «будет выполняться», «будет сохранен», «будет реализован» и т.п. Здесь же загадочная фраза: «не повод отказаться». То есть уже заранее создается ощущение какой-то второстепенности, вторичности по отношению ко всем остальным намеченным приоритетам.
При этом отмечу, что сами по себе эти «пункты», не плохи. Безусловно, все обозначенное в них актуально и должно быть реализовано. Однако в них отсутствует необходимый элемент оригинальности, отражающий специфику протекания кризиса именно в российских условиях. Не случайно немецкий политолог Александр Рар, давая оценку семи пунктам правительства, отметил, что все эти вопросы характерны для любого современного государства. В том числе и для Германии. По его словам, если бы Ангела Меркель надумала составить свой список, то он «совпал бы со списком российских приоритетов процентов на 80».
Однако можно предположить, что не все, что является нормальным для Германии, будет достаточным и для России. Не в смысле «что русскому хорошо, то немцу – смерть», конечно же. Просто ситуация кризиса имеет разную специфику как для развитых европейских стран, так и для России. В отличие от Европы российский кризис во многом проистекает из неразвитости национальной экономики. Поэтому там, где «немцу» будет достаточно всего лишь стабилизации, «русскому» как воздух необходим прорыв.
«Прорыва» же в предложенной правительством программе, мне кажется, маловато будет. Разумеется, кризис «не отменяет» стратегического курса на модернизацию. И во втором разделе антикризисной программы на 2009 год «Приоритеты среднесрочной политики и их соотношение с антикризисными мерами» правительство дает общее освещение основных аспектов своей деятельности по этому направлению.
Но конкретики действий правительства в сторону модернизации в программе явно не хватает. К представленной правительством программе прилагаются «Основные мероприятия Правительства Российской Федерации и Банка России по оздоровлению российской экономики в 2009 г.».
И в этом перечне мероприятий, непосредственно направленных на повышение эффективности национальной экономики, прямо скажем, «раз, два, и обчелся». Ну, есть мера по переносу «ряда основных средств в амортизационные группы с меньшим сроком полезного использования в целях стимулирования обновления соответствующего оборудования», которая вступит в силу с начала следующего года. Есть заявление о необходимости «определения и поддержки приоритетных инвестиционных проектов, способных обеспечить конкурентоспособность российской экономики на фазе посткризисного роста». Вот, по большому счету, и все. В целом же мероприятия правительства направлены на поддержку предприятий и отдельных отраслей экономики.
Складывается ощущение, что правительство воспринимает модернизацию национальной экономики главным образом как механическое исправление сложившегося перекоса. От отраслей сырьевых и ориентированных на экспорт природных ресурсов – к повышению доли несырьевых секторов. Логика, в общем-то, понятна. Коль по ходу кризиса, когда «начались проблемы в сырьевых секторах, не нашлось отраслей, способных «поддержать» экономику», стало быть, необходимо физически увеличивать долю тех, кто в перспективе способен будет исполнять роль этой «подпорки».
Безусловно, подобный «разворот» российской экономике необходим. Но, очевидно, только этого как для выхода из кризиса, так и на посткризисную перспективу, будет недостаточно. Необходимо повышать и эффективность производства, добиваться его конкурентоспособности на мировых рынках. Задачу эту, кстати, Владимир Путин поставил, будучи еще президентом.
Очевидно, что решение этой задачи должно магистральной линией проходить через весь спектр правительственных антикризисных мероприятий. Сейчас же упор в программе сделан на помощь и поддержку существующего промышленного потенциала. Но, по справедливому замечанию Иосифа Дискина, «предоставляемая государством помощь предприятиям не обусловлена конкретными целями и показателями роста эффективности и конкурентоспособности». Пока что не очень прослеживается, каким образом эта помощь будет стимулировать, скажем, снижение издержек. По большому счету, два вопроса – предоставление госпомощи и повышение эффективности производства – друг с другом никак не увязаны. А должны бы, если стоит цель именно модернизировать экономику, а не сделать лишь «косметический ремонт».
Без этой конкретики, программа мероприятий может оказаться не более чем «декларацией о намерениях». Что уже неоднократно у нас бывало. Пора, наконец, от слов переходить к делу.
Популярность: 10%
(